«Трансмиграция Тимоти Арчера» — формально заключительный роман Филипа Дика. Он относится к последнему году жизни писателя и является частью трилогии, в которую входят также VALIS и The Divine Invasion. Учитывая, что ранее не издававшиеся книги Дика продолжали выходить и после его смерти, тут легко запутаться. С писателем вообще происходило много странного. Что ещё можно ожидать от человека, которому будущее принадлежало несомненно больше, чем собственное время. Он мыслил, кажется, во всех направлениях, и его имя было высечено на могильной плите вскоре после рождения…

Великий американский визионер родился в 1928 году в Чикаго. У Дика была сестра-близнец, умершая во младенчестве. Похоронив ребенка, безутешные родители предусмотрительно обозначили на плите сразу и имя сына. Филип присоединится к Джейн 53 года спустя; при этом, правда, никто не поручится, что эти годы он провёл в мире своих современников.

Тема иллюзорности бытия будет преследовать его всю жизнь. Почти всё им созданное лежит в промежутке между «Я мыслю, следовательно, существую» и «Я мыслю, остального не существует». Это только кажется забавным и на первый взгляд отдаёт idеe fixe (хотя сам писатель предпочитал другой термин — гипервалентная идея), на самом деле солипсизм Дика необъятно многомерен. «Он может выжать больше огня из идеи, о которой он уже написал шесть книг, чем кто-либо из нас — из абсолютно новой идеи», — писал о своём коллеге Джон Браннер.

«Трансмиграция» также несёт на себе отпечаток этой идеи.

По легенде, в период раннего увлечения Дика реалистической прозой у редакторов, освоивших рукопись очередного романа, портилось настроение на всю неделю. Именно эти тексты были изданы в пору посмертной славы писателя. Эффект «Трансмиграции» примерно такой же. После прочтения романа вас ещё какое-то время преследует ощущение, словно вы проснулись по резкому воплю будильника, не досмотрев тяжёлый, но важный сон. Весь день вы ходите с этим засевшим в подсознании осколком смысла, вам муторно и беспокойно. У Бродского было выражение — «искренний голос впотьмах саднит». Если преследовать цель избавиться от этого ощущения, то проще всего вспомнить, что «Трансмиграция'BB была написана после марта 1974-го, когда, по собственному представлению писателя, «с ним заговорил Бог». По мнению более уравновешенных коллег (так, в частности, прямым текстом написала ему Урсула Ле Гуин), старина Филип попросту окончательно сбрендил.

На протяжении всей жизни Дик не шёл, а бежал по лезвию безумия, ещё и подгоняя себя лошадиными дозами амфетаминов. Писатель сам находил у себя почти все виды тяжёлых психических расстройств — от паранойи до шизофрении, с удовольствием досаждал психотерапевтам, прошёл уйму тестов. «Трансмиграция» в том числе и об этом — об инфекции безумия, незаметно поражающей маленький дружеский кружок, и впечатлительному читателю лучше бы на этом и остановиться. Если набраться смелости и залезть в дебри, то с романом нужно открыть и «Божественную комедию» Данте Алигьери, при этом хорошо помнить, что Филип Дик — очень ненадежный Вергилий.

Главная героиня романа — молодая женщина Энджел Арчер (имя, как легко заметить, рассыпается веером семиотических оттенков). Энджел — то есть «ангел», «Арчер» переводится как «лучник». Здесь и ангельское воинство, и купидон, и «Прекрасный лучник» — один из ходовых женских сеньялей куртуазной поэзии, на которой взрос «сладостный новый стиль» итальянской поэзии, и Данте в том числе. Ангел сопровождает в духовных мытарствах епископа Тимоти Арчера. В пласте реального епископ приходится Энджел свёкром. Видимо, он именно тот, кто земную жизнь прошёл до половины и очутился в сумрачном лесу; который в его случае — предосудительная связь с взбалмошной норвежкой-феминисткой и сомнения в вере, питаемые новооткрытыми манускриптами секты саддукеев. Из манускриптов явствует, что основы учения Христа являлись достоянием секты за два века до рождения Иисуса, а евхаристия в своём первоисточнике была в буквальном смысле обрядом, дарующим бессмертие через поедание волшебного гриба — энохи, то есть «сущего». Ну, правильно, где лес, там и грибы.

Тут хорошо бы, конечно, представлять эволюцию религиозных взглядов Филипа Дика. Это не так просто. Хотя бы потому, что манера отказываться от старой веры в пользу любой новой идеи, которой автор наделил епископаАрчера, в полной мере была свойственна ему самому. Но до своего рокового просветления в марте 1974 года писатель был этаким стихийным манихеем: «Я пришёл к выводу, что бог в мире есть, но это злой бог», — говорит он в одном из интервью. Ту же сущность, обратившуюся к нему непосредственно, романист счёл чем-то вроде эволюционировавшего общечеловеческого интеллекта, мировой души, позднейшей надстройки — в противоположность грубо организованному «базису». Если выразить это в философских терминах, ударяясь в шизофреническую конкретику, — Филип Дик время от времени договаривался до розовых лучей и инопланетян с Сириуса.

Филип Дик — один из ключевых авторов современной реальности. Существует ли она или только мыслима, но все мы так или иначе живём в мире матрицы, виртуального общения, чужих и собственных виртуальных двойников. Так не будет ли постановка диагноза автору диагнозом если не миру, то наиболее распространённой его интерпретации?

Дик Филип. Трансмиграция Тимоти Арчера. — СПб.: Амфора, 2008. — 303 с. Тираж 5000 экз.