Один известный российский историк както сказал, что «еще недавно в России считалось, что история Второй мировой войны не требует комментариев. Сейчас выяснилось, что требует. Если мы этим не займемся, то займутся другие».

Другие действительно нашлись. Представление о том, что Советский Союз выиграл войну благодаря насилию власти над собственной армией, которое выразилось в массовом использовании заградительных отрядов и штрафных батальонов, стало довольно распространенным. О роли штрафбатов сняли даже популярный сериал. Распространению такого взгляда способствовало и то, что в годы советской власти эта тема была закрытой для широкого общественного обсуждения. Книга Владимира Дайнеса позволяет трезво, без гнева и пристрастия, взглянуть на проблему и оценить реальную роль штрафбатов и заградотрядов в истории войны.

Заградительные отряды впервые были сформированы в Красной Армии еще в годы Гражданской войны. Объясняя причины их создания и роль в победе Красной Армии, автор приводит слова ее создателя Льва Троцкого, который с присущей ему откровенностью признался: «Нельзя строить армию без репрессий. Нельзя вести массы людей на смерть, не имея в арсенале командования смертной казни… Но армии все же не создаются страхом. Царская армия распалась не из-за недостатка репрессий… Кто хоть немного понимает язык истории, для того эти факты не нуждаются в пояснениях. Сильнейшим цементом новой армии были идеи Октябрьской революции».

Конечно, идеи играли большую роль, как и в любой гражданской войне, но крестьянское большинство Красной Армии воевало в первую очередь за землю, розданную во время революции.

Вожди сталинского СССР не любили Троцкого, но были сделаны из того же теста — и сделали те же выводы для себя в первые месяцы войны, в обстановке хаоса и распада на многих участках фронта, вызванного их собственными ошибками, неподготовленностью войск, некомпетентностью командиров, просто паникой. Автор приводит записку первого секретаря Брестского обкома ВКП(б), отправленную в ЦК партии: «С первых дней военных действий в частях 4-ой армии (расположенных в Бресте и вокруг него. — «Эксперт») началась паника… многие командиры и политработники вместо организации эвакуации в панике бежали из города в первую очередь спасая свои семьи, а красноармейцы бежали в беспорядке».

Конечно, не все и не всюду было так плохо, мы знаем историю той же Брестской крепости. Но, к слову, мы никогда не задаемся вопросом, куда делись из Бреста остальные войска. А, говоря просто, они бежали. Такова жестокая правда войны. И это были не единичные факты. Двенадцатого сентября 1941 года была выпущена директива о создании заградительных отрядов. Почти одновременно начинают формироваться штрафные батальоны.

Автор приводит выдержки из доклада комиссара госбезопасности Мильштейна, адресованного Берии в конце октября того же года, об итогах деятельности заградотрядов за месяц работы. Задержано 657 364 военнослужащих, отставших от своих частей и бежавших с фронта. Из них арестовано 25 878 человек. Из остальных сформированы штрафные части и отправлены на фронт. По приговорам военных трибуналов расстреляно 10 201 человек. Конечно, эти цифры чудовищны. Но сравнивая их с численностью армии, которая к тому моменту уже составляла около 11 млн человек (из них непосредственно на фронте было более пяти миллионов), и оценивая ситуацию начала войны, понимаешь, что это относительно небольшие цифры.

Луи Арагон в своем романе «Коммунисты» описывает панику, которая охватила французскую армию в 1940-м во время прорыва немцев через Арденны. Все очень похоже. Проблема только в том, что французское руководство предпочло сдаться, а советское — прибегнуть к чрезвычайным мерам. К слову, во время Сталинградской битвы количество репрессированных за аналогичные преступления, по данным автора, уже на порядок меньше. Хотя по накалу боев Сталинградская битва была более жестокой, чем бои начала войны — такой неподготовленности, неорганизованности и беспорядка не было.

И приведенные цифры, и воспоминания участников заградотрядов, и распоряжения командования, цитируемые автором, говорят: вопреки легендам, заградотряды использовались не как пулеметчики, стреляющие в спину своим, чтобы принудить их сидеть в окопах или бежать в атаку, а в первую очередь — для задержки и реорганизации хаотически отступающих частей. В том числе с применением репрессий. Но количество «заградителей» было недостаточным, чтобы остановить гипотетическое «бегство» всей армии. По данным автора, численный состав всех заградотрядов можно оценить в 100–200 тыс. человек (а по другим сведениям, также приводимым автором, раз в пять меньше). Переиначив Троцкого, можно сказать: конечно, репрессии в армии во время Великой Отечественной войны играли свою роль, но никакие карательные меры, заградотряды и штрафбаты не смогли бы остановить распад армии, если бы большинство солдат и офицеров, даже в приступе паники бежавших с фронта, не были готовы стойко и храбро воевать, как только почувствовали бы возвращение к порядку. И потому, что тотальная война, какой была Вторая мировая, — это борьба организаций. И потому, что многие солдаты понимали, за что воюют. Одни воевали за идею, другие за Родину, третьи — только за себя. Но, как показал последующий ход войны, подавляющее большинство отдавало себе отчет, что речь идет о войне за выживание каждого. И как только организация армии была приведена в порядок, потребность в чрезвычайных мерах резко упала. А в 1944-м году заградотряды были распущены.

Дайнес В. О. Штрафбаты и заградотряды Красной Армии. — М.: Яуза, Эксмо, 2008. — 448 с. Тираж 7 100 экз.